Вещи. Жизнь вторая

«Футуризм XX века — это машины, заводы, пароходы, а футуризм наших дней — это крышечки, баночки и ПЭТ» — так считают те, кто собирает, сортируют и сдают вторсырье. Участники спецпроекта «Новой газеты» и Гринпис месяц копили мусор, который обретает новую жизнь.

Сейчас в России нет системы раздельного сбора мусора, людям приходится носить собранное вторсырье на акции раз в месяц или возить через полгорода. Оставьте свой голос за внедрение раздельного сбора мусора.

Фото © Елена Лукьянова

 

Анна, 24 года, рекламист, сдает вторсырье два года, волонтёр акций движения «Раздельный сбор»

С детства мастерила из материалов, которые никому не нужны. Их не страшно испортить. С тех пор использую вторсырье как материал для творчества: делаю папье-маше из кассовых чеков, распускаю на пряжу сетки для овощей. Для этого костюма Wonder Woman я брала самые неперерабатываемые вещи — медицинские бахилы утюгом сплавила в юбку, а клипсаторную ленту от пакетов с хлебом использовала для отделки корсажа. Со временем у меня появились любимые и нелюбимые виды пластика. Например, не люблю полистирол — он ломкий.

Виолетта, 27 лет, и Анастасия, 35 лет, журналисты, сдают вторсырье три с половиной года

Виолетта: Я решила не только сдавать мусор в переработку, используя recyclemap.ru, но и сокращать количество упаковки: уже больше года я стараюсь ходить в магазин со своими контейнерами для творога и сметаны и прозрачными пакетиками для овощей и фруктов.
Чтобы меня не сочли городской сумасшедшей, постоянно объясняла продавщицам, как долго разлагается пластик. Одна из них как-то спросила, почему я так делаю: из экологических соображений или каких-то других? И сказала, что собирает статистику. Оказывается, к ним в магазин часто стали приходить люди, которые просят не укладывать продукты в пакеты.
Сначала было неловко, но вскоре я поняла, что человек имеет право на любую придурь, особенно, если он петербуржец. Продавщицам я рассказываю, сколько животных умирает от пластика. Однозначно дурой меня считает продавщица мясного отдела. Она оказалась женщиной несентиментальной, умершими птицами её не поразишь — она ими торгует. Она каждый раз отказывается взвешивать мясо без пакета, и мой, хоть и идеально тщательно выстиранный, берет, резюмируя: «У всех свои причуды».

София, 44 года, оператор на АЗС, сдает вторсырье три года

Мне кажется, что никаких сложностей со сдачей вторсырья нет. Есть только непонимание проблемы. Не тот человек любит природу, кто не мусорит, а тот, кто старается свести к минимуму разрушительные последствия своего пребывания на Земле. Когда я задумалась об этом, я начала покупать продукцию в перерабатываемой упаковке и стала сдавать мусор раздельно.

Ксения, 22 года, студентка географического факультета, сдает вторсырье шесть лет

Всегда стараюсь найти новое применение для вторсырья. Стаканчики из-под йогурта могут стать баночками для рассады. А если наполнить водой бутылки из-под кондиционера, получатся отличные гантели.

Дарья, 32 года, редактор. Стас, 33 года, системный администратор, сдают вторсырье шесть месяцев

Дарья: Сдавать раздельно мусор это все равно, что чистить зубы. Можно быть хорошим или плохим человеком, но ты все равно будешь чистить зубы. Вообще это изначально моя идея собирать мусор раздельно, а Стас периодически об этом забывал. Он съест утром йогурт, а я потом открываю мусорное ведро и вижу, что там лежит грязный стаканчик, я его доставала и мыла. А потом стала замечать, что Стас сам начал ставить стаканчик рядом с мойкой — уже привык.

Дмитрий, 35 лет, агроном, координатор акций движения «Раздельный сбор», сдает вторсырье один год

Как-то бабушка, проходившая мимо пункта для сбора сырья, приняла нас за секту. Я ей объяснил, что мы экологическая организация. Основные наши посетители — люди до 40 лет, многие с детьми. Всегда находится человек, который спросит: а правда ли это все перерабатывается, а не отправляется на общую свалку? И я объясняю: нам не интересно стоять здесь в свой выходной, чтобы потом выбросить все вторсырье.

Таня, 27 лет, менеджер проектов в НКО. Костя, 26 лет, дефектоскопист, сдают вторсырье четыре года

Таня: Я училась на эколога, и уже десять лет волонтер Гринпис. Раньше мы жили в коммуналке, сейчас — в однокомнатной квартире. Здесь намного легче выделить уголок для вторсырья. Мы пытались отказаться от стекла, так как оно занимает много места, но это оказалось невозможно. Машины у нас нет, поэтому ездим на акции раздельного сбора на велосипеде.

Алексей, 38 лет, сотрудник IT-компании. Ира, 35 лет, программист. Даша, шесть недель, Алексей и Ира сдают вторсырье два с половиной года

Алексей: Наша компания сейчас спонсирует раздельный сбор. Из сотрудников я первый начал сдавать. Сейчас очень мало мусороперерабатывающих предприятий и практически отсутствует спрос на вторсырье.
Ира: Сложности начинаются летом, потому что на выходные мы всегда уезжаем за город и пропускаем субботние акции раздельного сбора. Все лето мы не могли сдать мусор.

Дмитрий, 39 лет, руководитель среднего звена, Лена, 31 год, бухгалтер, Лёша, 5 лет, разделяют мусор 14 лет

Дмитрий: Ещё до того, как в Ашане появился пункт приёма вторсырья, там каждому выдавали пакет. Я довёл кассира до психоза — он картошку в сеточке начал засовывать в пакет, я попросил этого не делать. Он мне в ответ говорил, что это бесплатно, а я ему — что это мусор, и он мне не нужен. Мы пререкались до тех пор, пока я не вызвал менеджера. А кассир психанул, встал из кассы и ушёл.
А однажды мы в Гринпис проводили мероприятие, на котором рассказывали, зачем нужно разделять мусор. К нам подошёл мужчина и заявил: «Вы Гринпис, вы работаете на ЦРУ». Мы спросили, при чем тут ЦРУ? «Как при чем, — ответил мужчина. — Вы же ставите эти баки, а потом по содержимому мусора определяете, как живут наши люди, и всю эту информацию передаете туда».
Моя мечта — завести калифорнийских червяков, которые делают компост из пищевых отходов. Когда у тебя в квартире отходы превращаются в что-то полезное, это круто. К тому же ещё новые животные, кроме кошек. Вообще черви меня потрясают, они же сделали всю почву, в которой сейчас что-то может расти.

Даша, 30 лет, учительница русского языка и литературы. Максим, 36 лет, преподаватель философии. Маша, 11 лет. Родион, 1 год. Сдают вторсырье два с половиной года

Максим: Раздельный сбор начался для нас после творческой акции. Мы участники арт-группы «Родина». Один из наших первых перформансов был посвящен мусору и полиции. Тогда в Петербурге проходил саммит Большой восьмерки, улицы города заполонили полицейские разных сортов. Так возник замысел сделать фэшн-шоу — придать людям, находящимся в неопределенном состоянии, форму. Мы решили обмотать участников показа черными и синими пакетами в цвет полицейской формы и для этого начали копить мусор. После акции мы разобрали костюмы и сдали на пункт раздельного сбора.
Даша: Заниматься мусором сейчас — значит заниматься будущим. Футуризм XX века — это машины, заводы, пароходы, а футуризм наших дней — это крышечки, баночки и ПЭТ.

Яна, 32 года, бухгалтер. Саша, 33 года, занимается автозапчастями. Максим, 2,5 года, сдают вторсырье один год

Яна: У нас растет ребенок и мы заботимся о его будущем. Начав сдавать мусор раздельно, я стала замечать огромное количество неоправданной упаковки. Например, покупаешь пирожное в картонной коробке, открываешь, а внутри пакетик и в нем еще одна коробка из полистирола, который не перерабатывается.
Саша: Я занимаюсь хоккеем, и после тренировок начал у своей команды забирать пустые бутылки из-под воды. Ребята сначала смеялись, а потом привыкли — теперь сами складывают их мне в баул, некоторые просят рассказать подробнее о раздельном сборе мусора.

Вероника, 32 года. Андрей, 47 лет. Тася, 7 лет. Работают в пункте раздельного сбора. Вероника сдает вторсырье пять лет, Андрей — 42 года

Вероника: С Андреем мы познакомились на пункте. Он один из основателей раздельного сбора в Петербурге. Порой на пункте попадаются совершенно потрясающие вещи: одна из моих любимых — дореволюционная бутылочка с мышьяком. Ее принесли на пункт молодые люди, которые разбирали квартиру умершей бабушки. Они меня измучили вопросом: «Девушка, куда девать мышьяк?» Я собиралась рассказать, что все опасное нужно нести в экомобиль, но объяснять было совершенно некогда. Сказала просто: «Давайте мне». Еще одна находка — красивая трубка, из которой пьют мате, я специально узнала на сайте антикваров, что сделана она в Аргентине в 1940 годах. А еще мы спасаем из макулатуры книги и раздаем тем, кому они нужны.

Леня, 35 лет. Аня, 26 лет. Наташа, 30 лет. Художники, самоназванная арт-резиденция «Пульпит», сдают вторсырье три месяца

Аня: Одна я бы мусор не взялась разделять. По крайней мере на столько сортов, как мы это делаем сейчас. Теперь, когда я иду по улице, мне все время хочется подбирать мусор. А еще меня волнует количество производимой одежды. Все ее покупают чуть ли не каждый месяц и выбрасывают старую.
Наташа: Наши костюмы вызвали у меня ассоциации с животными, которые живут в выброшенном мусоре.
Леня: Мне кажется, у нас получился патриархальный образ, я считаю, что эти костюмы говорят о том, что патриархат пора выбрасывать на помойку.