Зачем я пробралась и сорвала мероприятие для инвесторов лесопромышленного холдинга в Швеции, и почему сажать деревья на месте вырубленных не всегда решение проблемы.

Я приехала в Швецию, чтобы принять участие в акции Гринпис Нордик, во время которой инвесторы SCA, самого крупного в Европе лесопромышленного холдинга, должны были узнать, как спонсируемая ими компания нарушает права коренных народов и лишает саамов возможности разведения и выпаса оленей.

Дело в том, что SCA уже много лет ведёт заготовку леса и вырубает уникальные леса. На их месте высаживают нетипичный для местной природы вид — скрученную сосну, которую привезли из Канады, потому что она растёт на 40 % быстрее, чем обыкновенная шведская сосна. Часть лесов, где работает SCA, пересекается с зоной, где  уже три тысячи лет живут саамы. Для них вырубки и высадки нового вида обернулись экологическим кризисом: на плантациях скрученной сосны не растут лишаники, которыми кормятся олени, а новые деревья растут так плотно, что олени не могут пасти там потомство.

На протяжении десяти лет «Ассоциация шведских саамов» требовала запретить выращивание скрученной сосны, но SCA не обращала внимания на эти требования. Гринпис Нордик решил поддержать саамов и обратиться к тем, от кого зависит работа SCA, их инвесторам, чтобы рассказать правду, которую недоговаривают.

22 мая весь мир отмечал День биоразнообразия, но SCA устроила свой День инвестора, похожий на день открытых дверей с приёмом в лесу. Почётных гостей сначала накормили обедом, а затем показали лес: как компания ведёт устойчивое лесное хозяйство, рубит деревья, высаживает на их месте новые и за счёт выращивания леса сдерживает изменение климата.

Мы вместе с активистами Гринпис Нордик проникли на территорию питомника SCA и в буквальном смысле вышли из леса, чтобы напрямую озвучить инвесторам обращение «Ассоциации саамов» и вручить доклады о разрушении северной тайги. К сожалению, ни саамов, ни оленей, ни плантаций скрученной сосны я не видела, поскольку мероприятие проходило рядом со Сундсваллем, лесопромышленным центром Швеции.

Ответная реакция оказалась по-шведски дружелюбной и сдержанной: представитель SCA, пытаясь скрыть волнение, пожал нам руки, передал микрофон и предложил Гринпис выступить перед инвесторами.   

Я волновалась: всё-таки мы заявились незваными гостями на чужое мероприятие и озвучили то, что компания не хотела слышать. Когда мы готовились к акции, то рассматривали разные сценарии поведения SCA: от переноса мероприятия в другое место, чтобы избежать встречи с активистами и до вызова полиции. Но в тоже время я гордилась, что работаю в организации, которая не боится идти на прямой диалог и говорить правду, даже если это рискованно и неприятно.

В паре с волонтёром из Бельгии мы подходили к инвесторам и спрашивали нравится ли им местный лес, готовы ли они прочитать наши док��ады, съездить на экскурсию туда, где из-за плантаций скрученной сосны олени не могут найти корм. Кто-то нас игнорировал, отвечая, что приехали по приглашению SCA, кто-то виновато улыбался (надеюсь, им стало жалко оленей и саамов) и брал доклады, чтобы прочитать потом и подумать ещё раз стоит ли инвестировать в SCA.

Когда я смотрела на питомник, сначала он напомнил мне обычные грядки, но стоит посмотреть ближе и понять, что на одной грядке — тысяча будущих деревьев, а в питомнике — миллионы — и все они угрожают местам обитания оленей. Миллионы саженцев в питомнике выглядели так, словно SCA не намерена останавливаться и дальше будет выращивать скрученную сосну, просто потому что та растёт быстрее — и это выгодно.

Шведский лес нельзя даже сравнить с плантацией. Настало время защитить лес, чтобы он продолжил защищать нас.

На эту ситуацию может повлиять каждый из нас. Подпишите петицию к главе Essity, второго в мире производителя одноразовых бумажных изделий, который закупает сырье у SCA. Потребуйте у Essity очистить цепочку поставок и отказаться от сырья, производство которого уничтожает ценный лес и вредит коренным народам.